Протоиерей Геннадий ФАСТ. Толкование на Апокалипсис

Мистика и символика чисел

Законы чисел изучает математика.

Числами описываются законы мира.

Числа имеют свою онтологию. Понятие числа проистекает из Троичных недр Единого Бога и пронизывает собою весь тварный мир — видимый и невидимый. Миры Небес, воинства Ангелов и Архангелов и всех духов бесплотных, душа, сердце и разум, чувственное и мысленное, законы естествознания, психологии, этики, философии и религии, тайна Церкви и спасения — всё являет нам мистику и символику чисел. Мистика и символика чисел — это своеобразная “математическая Феофания”, явление миру Божественного Логоса и Божественной Софии. Это - Логос и София в творении.

Таинственным учением о числах занимались как христианские, так и нехристианские мыслители. Пифагор, Платон, Плотин, Ямвлих, Прокл, бл. Августин, кардинал Николай Кузанский, Кант, Фихте, Шеллинг, Гегель, Владимир Соловьев, о. Павел Флоренский и многие другие.

На всем протяжении толкования Апокалипсиса мы многократно сталкивались с мистическим и символическим значением чисел. Да практически все числа Апокалипсиса имеют такой смысл. В этом приложении будет совершён краткий экскурс в таинственный мир чисел.

Единица отображает единство Божие, монотеизм. Она выражает основную мысль, что един Бог. Единство Божие является основанием единства твари. Единый создает единое. Вся тварь едина как единое целое, имеющее одного Творца и один закон[1] , одну гармонию. Все неисчислимое множество твари образует целокупную Тварь.

Множество образует единицу (Sa=1). Вся тварь едина в Едином Боге. “Будет Бог всё во всем” (1 Кор. 15,28).  “Один Бог и Отец всех, Который над всеми, и через всех, и во всех нас” (Еф. 4,6). Все есть Единица (Sa=1). Единица образует все (1=Sa). Единица ­— организм. Все, что есть, — члены этого организма. Единица — это Бог. Грех — не единица. Грех — это множество, не собираемое в единицу.[2]

Лейбниц утверждал, что Бог создал единицу, всё остальное — творение ума человеческого.  Отсюда слово “отъединиться” = от-единицы. Денница отъединился от Бога — отошел от Единого.

Ведение Единицы — это ведение Бога и твари. Где Единица  — там Религия, там наука. Политеизм — это восстание против Бога, это грех. Политеизм не знает Единицу, не ведает Бога, не способен к науке. Наука — это сведение твари к единице, познание единого закона твари. Религия — это сведение твари к Единице, это — “единое множество” (тварь) в Единице (в Боге), это — единица в Единице.

Христиане, иудаисты и мусульмане знают Единицу, внерелигиозная наука (если она есть?!) знает только единицу. Иудеи и мусульмане, постигнув Единицу, не постигли Троицу (см. о числе “3”), а потому не могут стать христианами. Атеисты отвергли Единицу и поставили на ее место нуль.

Священное Писание о единице

1. Один Бог

Исх. 20,12; Вт. 32,12; 4 Цар. 19,15 “Ты один Бог всех царств земли, Ты сотворил небо и землю”; Иов 9,8; Пс. 82,19; Пс. 135,4;  Пс. 148, 13; Ис. 2,11; Мф. 4,19; Мф. 19,17; Мк. 12,32 “Один есть Бог, и нет иного, кроме Его”; Иак. 2,19; Иуд. 1,25; Рим. 14,26; Гал. 3,20; Еф. 4,5-6; 1 Тим. 1,17; 1 Тим. 2,5.

2. Единство Божие

“Один” имеет преимущественно порядковое, нумерическое значение; “Един” — преимущественно сущностное, качественное. В предыдущем пункте, в основном, показано, что  “один Бог”, нумерически. Он — Бог, и нет другого. Он один в числе и един в Своей исключительности, другого Бога нет. Но Бог не только внешне, нумерически один, но и внутренне, по существу един. Это выражается в догматах:

а) единое существо в Боге. Это существо непостижимо. Св. Писание говорит о едином существе Божием в таких словах: “Бог есть дух” (Ин. 4,24), “Бог есть свет” (1 Ин. 1,5), “Бог есть любовь” (1 Ин. 4,8). Или, обобщая эти положения: “Я есмь Сущий” (Исх. 3,14).

б) единосущие () Божественных ипостасей. Об этом Ин. 10,30; 17,11.21.22; “Отец, Слово и Святый Дух; и Сии три суть едино” (1 Ин. 5,7) и мн. др.

в) единородный — таково ипостасное свойство Божественного Логоса (Слова), также указывающее на внутреннее Единство в Боге. О Единородном Сыне: Ин. 1,14.18; 3,16.18; 1 Ин. 4,9; Евр. 11,17.

3. Одна жертва

Единородный Сын Божий, воплотившись, единожды принес Себя в жертву за весь падший мир. Он “со Своею Кровию, однажды вошел во святилище и приобрел вечное искупление” (Евр. 9,12). “По сей-то воле освящены мы единократным принесением тела Иисуса Христа” (Евр. 10,10). Прообразом этому было вхождение однажды в год ветхозаветного первосвященника во святое святых за грех народа (Евр. 9,7). Эту единую жертву принес Он один: “Я топтал точило один” (Ис. 63,3). “Един Бог, един и посредник между Богом и человеками, человек Христос Иисус, предавший Себя для искупления всех” (1 Тим. 2,5-6). Так Он один объединил собою всех, бывших разделенными[3] , объединил всю тварь, соединив ее с Единым Творцом — Богом. Об этом так пишет апостол: “А теперь во Христе Иисусе вы, бывшие некогда далеко, стали близки Кровию Христовою”. Он единожды принес Себя в Жертву “дабы из двух создать в Себе Самом одного нового человека, устрояя мир, и в одном теле примирить обоих с Богом посредством креста” (Еф. 2,13.15.16)[4]

4. Едина Церковь

Едину соборную Церковь исповедуем мы в Никео-Цареградском Символе веры. Это — вера в то, что Христос Собою все собрал воедино. Как и в Боге, это единство и нумерическое, и сущностное. Церковь одна, только она искуплена, только в ней единство твари с Богом. Сущностное же единство Церкви в её соборности, в том, что она — не сумма всех, а соединение всех, она - одно Тело. Отъединение от Церкви (“собрания” воедино) есть отъединение от целого, а потому и существует много, а не одна, секта.

Об этом так говорит Св. Писание: “Посмотрите на Авраама, отца вашего, и на Сарру, родившую вас: ибо Я призвал его одного и благословил его” (Ис. 51,2). Авраам же — отец веры, родоначальник Ветхозаветной Церкви. “Израиль живет безопасно один... Блажен ты, Израиль! кто подобен тебе..?” (Вт. 33, 28-29). О единстве Новозаветной Церкви ясно учит апостол: “Ибо, как тело одно, но имеет многие члены, и все члены одного тела, хотя их и много, составляют одно тело, — так и Христос. Ибо все мы одним Духом крестились в одно тело” (1 Кор. 12, 12-13). И в другом месте: “Одно тело и один дух... один Господь, одна вера, одно крещение” (Еф. 4, 4-5).

5. Адам

Все человечество — древо, произросшее от одного человека — Адама. В этом — единство рода человеческого. В Адаме — все человечество. Поэтому его падение было падением всего человечества. Никто не страдает потому, что согрешил Адам, но все согрешили в нем.

Христос — второй Адам. В Нем — обновленная тварь, Церковь. Он — родоначальник нового человечества. В Его Крещении — крещение всех спасаемых. В Его Воскресении — Пасха всех христиан, Воскресение Вселенной. В Его Вознесении — восхождение всех воскресших к престолу Божественной благодати. Об этом так писал апостол: “Ибо если преступлением одного смерть царствовала посредством одного, то тем более приемлющие обилие благодати и дар праведности будут царствовать в жизни посредством единого Иисуса Христа. Посему, как преступлением одного всем человекам осуждение, так правдою одного всем человекам оправдание к жизни” (Рим. 5, 17-18).

6. Одно только нужно

Исходя из предыдущего, ясно, что в жизни человека одно только нужно ему, остальное — “суета сует,— всё суета!” (Ек. 1,2). Господь так говорил: “Марфа! Марфа! ты заботишься и суетишься о многом, а одно только нужно” (Лк. 10, 41-42). А богатому юноше, вопросившему о жизни вечной, Господь сказал: “одного тебе недостает: пойди, все, что имеешь, продай” (Мк. 10,21). Посему: “Одного просил я у Господа, того только ищу, чтобы пребывать мне в доме Господнем во все дни жизни моей, созерцать красоту Господню и посещать святой храм Его” (Пс. 26,4).

7. Единомыслие

Едина Церковь, и едины в ней мысли и чувства о Христе. “Возлюбим друг друга да единомыслием исповемы Отца и Сына и Святаго Духа...” — всегда возглашает Церковь на Божественной литургии. Многократно говорит Св. Писание о единомыслии. “Да будут все едино, как Ты, Отче, во  Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино” — молится Иисус (Ин. 17, 11. 21-22; Деян. 1,14; 2.1.46; 4,24). “У множества же уверовавших было одно сердце и одна душа” (Деян. 4,32); 1 Пет. 3,8; Рим. 15, 5-6; 2 Кор 13,11; Фил. 1,27; 2,2.

8. Одиночество

Неслучайно высшего единения с Единым Богом и единством всей твари человек достигает в одиночестве. Пример тому показал Сам Господь Человек Иисус Христос, часто оставаясь один для общения со Своим Отцом (Мф. 14,13; 14,23; 17,1; Мк. 6,31). Пресвятая Дева Мария, св. Иоанн Предтеча, св. Иоанн Богослов, св. апостол Павел — вот начальники нового рода — девственников, в одиночестве достигавших высшего единства с Богом, человеками и всей тварью. Церковь — тело Христово, Христос — глава Тела, сердце же Его — это Матерь Божия, Пречистая Дева, это — монашество. Монашество, чистое сердцем, есть духовное око Церкви-Тела, созерцающее Бога (Мф. 5,8) и своею любовию согревающее всё Тело.

9. Брак

Два пути единства предлагаются каждому христианину в его жизни. Либо подвиг монашества, либо таинственное единство в браке. Жена взята от мужа, и чтобы снова воссоздать единство и целокупность человека, “оставит человек отца своего и мать и прилепится к жене своей. и будут двое одна плоть. тайна сия велика” (Еф. 5,31-32; Мф. 19,5; Быт. 2,21-24).

Как Единство Божие порождает множество твари, единство Жертвы Богочеловека порождает множество спасаемых, так единство в браке порождает множество чад, человечество.

Интересно, что в такой, вроде бы, самой монотеистической религии, как ислам, нет моногамного брака. Так неверно усвоенное Единство не породило единства, оказалось в этом безжизненным.

Не случайна вера христиан, строгих моногамистов, в Животворяющую Троицу. Жизнь Единицы — в Троице. Без Троицы Единица одинока, оторвана от твари, недостижима, безжизненна.

Единство в браке - основа единокровности людей, имеющей в жизни важное и глубокое значение (Лев. 18,12.17; Ис. 58,7; Иез. 11,15). Единокровные родственники - второй круг единства для человека после брака.

10. Многое как единое. Единое как бесконечно многое.

Единый Бог для человека бесконечно велик, бесконечно множественен во всех Своих проявлениях. “О, бездна богатства и премудрости и ведения Божия! Как непостижимы судьбы Его и неисследимы пути Его!” (Рим. 11,33).

Великое множество творений для Бога — как одно, бесконечно малое. “У Господа один день, как тысяча лет, и тысяча лет, как один день” (2 Пет. 3,8).

11. Во исповедание Единого Бога в христианстве воздвигаются храмы с одним куполом.

Число два может быть рассмотрено по-разному. Укажем на его значение, как:  утверждения-отрицания,  антиномии, парности и усугубления.

1. Утверждение-отрицание

Самое глубокое деление на два находится в “утверждении-отрицании”. “Утверждение-отрицание” не есть дуализм. Речь идет не о двух, а об одном и его отрицании.  Примеры, свет-тьма. Это не два начала, а одно и его отрицание. Есть световые волны, но нет волн тьмы. Тьма есть отсутствие света. Или же теплота-холод. Есть тепловая энергия (кинетическая энергия молекул), но нет противоположной энергии холода. Холод — это отсутствие теплоты.

Практически абсолютная темнота (абсолютно черное тело) и абсолютный холод (абсолютный нуль по Кельвину) недостижимы, но они мыслимы, как предельные состояния. Такое же обнаруживается и в богословии. Бог говорит о Себе: “Я есмь Сущий” (Исх. 3,14). В этом  Его высшее Самоутверждение и в этом утверждение всего сущего, всей твари в Нем. “Ибо мы Им... и существуем” (Деян. 17,28). Расшифровкой этого  положения являются такие утверждения о Боге: “Бог есть свет” (1 Ин. 1,5), “Бог есть любовь” (1 Ин. 4,8), “Я есмь Воскресение и жизнь” (Ин. 11,25), “Я есмь путь и истина и жизнь” (Ин. 14,6). В противоположность Богу нет другого второго бога зла. Допущение двух начал - это заблуждение дуализма. В противоположность Богу нет ничего и никого. Но двойственность есть! Однако она не в противопоставлении, а в отрицании утверждения. Отрицание Бога — это не сущее и его начало в сатане. Это — не свет, а тьма кромешная (кромешная от “кроме”, т.е. все то, что кроме Света). Это — не Любовь, а ненависть (ненавидеть = не-на-видеть, т.е. не видеть, не желать видеть. Нет света и видения, есть тьма и слепота, ненависть, зло, грех). Это — не воскресение и жизнь, а погибель и смерть, геенна. Геенна — это “абсолютный нуль холода”, предельное состояние смерти, когда нет никакой жизни, т.е. вовсе нет Бога. Это — не Истина, а ложь, и отец лжи — дьявол (Ин. 8,44). Во лжи нет чего-то другого, противопоставляемого Истине, параллельно ей сущего. Ложь — это несущее, то, чего нет, неправда. Христос говорит: “Я есмь путь”. Мы привыкли говорить о “двух путях”, о них говорит и Св. Писание (Мф. 7, 13.14). Но Писание говорит о “пути, ведущем в погибель” и “пути, ведущем в жизнь”, а это, точнее говоря, не два пути, а один путь в жизнь и его отрицание, ведущее в погибель. Т.е. опять два не в смысле “пары”, а в смысле “утверждения-отрицания”.

Жизнь и смерть, святость и грех разделили первоначально людей на два рода: Сифа и Каина, двух сыновей Адама (“сыны Божии” и “сыны человеческие”, Быт. 6,1-4). Ной, потомок Сифа, спасся. Род Каина погиб. Сейчас это соответствует верующим и неверующим.

Путь, ведущий в жизнь, — это “Церковь Бога живаго, столп и утверждение истины” (1 Тим. 3,15). Путь , ведущий в погибель, — грех и его особое жилище в “сборище сатанинском” (Откр. 2,9).  Церковь означает “собрание”, здесь же — “сборище”. “Даже на “черной мессе”, в самом гнезде диавольщины, диавол со всеми своими поклонниками не могли придумать ничего иного, как кощунственно пародировать тайнодействия литургии, делая все наоборот. Какая пустота! Какое нищенство! Какие плоские “глубины”!” (о. П. Флоренский, “Столп и утверждение истины”).

Через утверждение и отрицание Бога “утверждение-отрицание” пронизывает теперь всю тварь, видимую и невидимую, мыслящую, живую и неживую. Об “утверждении-отрицании” одинаково говорят и религия, и философия, и психология, и этика, и биология, и физика.

Вечная жизнь и вечные муки — вот конечные точки утверждения и отрицания.

Суммируем все сказанное в таблице:

2. Антиномия

Учение об антиномии глубоко развито в труде о. П. Флоренского “Столп и утверждение истины”. Сформулируем кратко. Антиномия есть синтез тезиса и антитезиса. Антиномия есть признание и тезиса, и антитезиса в их нераздельном и неслитном единстве, или синтезе. Истина есть антиномия и постигается верою и опытом.

Вот великая антиномия: Бог и мир. Неантиномичное рассмотрение их бывает такое:

а) мир станет Богом. Это — сатанизм.

б) Бога нет. Это — атеизм.

в) Бог есть мир, а мир есть Бог. Это — пантеизм (очень сильно развитый в буддизме).

г) Бог и мир независимы. Это — деизм.

Антиномичное же рассмотрение таково. Бог — творец, зиждитель, начало, основание и цель мира. Бог — не тварь, и тварь — не Бог. Бог вне твари и в твари[5] , а тварь  в Боге. Это — теизм. Так учит христианство.

Кульминационной точкой в антиномичном отношении Творца и твари является Боговоплощение. “Слово стало плотью” (Ин. 1,14). Торжеством веры над разумом, триумфом антиномии был Халкидонский Собор (четвертый Вселенский, 451 г.), исповедавший догмат о двух естествах во Христе: “Последующе божественным Отцем все единогласно поучаем исповедати единого и тогожде Сына, Господа нашего Иисуса Христа, совершенна в Божестве и совершенна в человечестве; истинно Бога и истинно человека... единого и тогожде Христа Сына Господа, Единородного во двух естествах неслитно, неизменно, нераздельно, неразлучно познаваемого... не на два лица рассекаемого или разделяемого, но единого и тогожде Сына, и Единородного Бога-Слова, Господа Иисуса Христа”.

Другое великое разделение на два — это миры: видимый и невидимый, земля и небо. “В начале сотворил Бог небо и землю” (Бт.1.1). И устроены они были Богом “так что из невидимого произошло видимое” (Евр. 11,3), “ибо видимое временно, а невидимое вечно” (2 Кор. 4,18). Эти миры неслитны и нераздельны. Исключительное место в творении Божием занимает человек, ибо он одновременно является существом обоих миров, имея видимое тело и невидимую душу. Церковь — вот Богочеловеческий организм, антиномично соединяющий эти миры, вот — небо на земле и земля на небе. Кульминация этой антиномии в таинствах. В таинстве нераздельно и неслитно присутствуют два мира: видимое вещество и невидимая благодать.

Глубокие антиномии заложены даже в неживой природе. Физика ХХ века опровергла рационализм XVIII-XIX веков, пытавшийся все вместить в свой рассудок. На место рассудочной физики[6] пришла и властно заявила о себе сверхрассудочная новая физика. То же самое произошло и в математике. Теперь уже всем ясна принципиальная невозможность постижения рассудком идей неэвклидовой геометрии, теории относительности и квантовой физики. Особенно это проявляется в антиномичном дуализме частиц и волн.[7]  Свет — это волна? Да. Свет — это частица? Да. Он волна и частица одновременно? Да. Может ли он быть только волной или только частицей? Нет. Свет — это что-то одно? Одно. Он один, но он одновременно и волна, и частица. Волна света является частицей (фотоном). Частица света является волной. Так приобретает неожиданно глубокое сходство свет тварный и Свет Нетварный. Явленное апостолам и исповеданное отцами Халкидонского Собора о Христе, Свете Истинном, на много, много веков предвосхитило открытое создателями квантовой теории о свете тварном. Учение о двух естествах во Христе, Свете Истинном, есть онтологическая основа корпускулярно-волнового дуализма (двух естеств) тварного света. Сказанное о свете в такой же мере относится ко всяким частицам и волнам (электроны, звук и пр.)

Суммируем все сказанное в таблице:

3. Парность

В глубинах бытия всюду прослеживается принцип парности[8] . Когда Бог заключил Свой Завет “с  Моисеем на горе Синае, дал ему две скрижали откровения, скрижали каменные, на которых написано было перстом Божиим” (Исх. 34, 18; 34,1). Значение двух скрижалей объясняет Сам Господь. Это — заповедь любви к Богу и заповедь любви к ближнему. “На сих двух заповедях утверждается весь закон и пророки” (Мф. 22, 37-40). Первая скрижаль (I-IV заповеди) — заповедь любви к Богу. Вторая скрижаль (V-X заповеди) — заповедь любви к ближним. Две скрижали — это заповедь любви к Творцу и всей твари.

Восстанавливая и спасая падшую тварь, Бог заключил с нею два Завета, Ветхий и Новый. Это — две великие вехи в Божественном плане спасения мира. Об историческом осуществлении двух Заветов пишет св. Апостол Павел: “Авраам имел двух сыновей, одного от рабы, а другого от свободной. Но который от рабы, тот рожден по плоти; а который от свободной, тот по обетованию. В этом есть иносказание. Это два завета: один от горы Синайской, рождающий в рабство, который есть Агарь, ибо Агарь означает гору Синай в Аравии и соответствует нынешнему Иерусалиму, потому что он с детьми своими в рабстве; а вышний Иерусалим свободен: он - матерь всем нам” (Гал. 4, 22-26). Измаил и Исаак означают два Завета — Ветхий и Новый.

Для обозначения двух Заветов Св. Писание пользуется различными символами: два сына Авраама; “два сосца твои — как двойня молодой серны” (Песн. 4,5); перси Сына Человеческого (Откр. 1,13); два динария милосердного самарянина (Лк. 10,35); два крыла большого орла, данные апокалиптической жене (Откр. 12,14).

Всюду в мире человеческом и в природе наблюдается парность. Парность известна и в религии, и в философии, и в антропологии, и в анатомии, и в физике.

“И сотворил Бог человека... мужчину и женщину сотворил их” (Быт. 1,27). Интересно отметить, что “сотворил ...человека” сказано в единственном числе и тут же: “сотворил их” (мужчину и женщину) во множественном числе. Разделение на мужской и женский пол проходит через всю душевно-телесную (психо-физическую) природу человека. То есть мужчина и женщина вместе, вдвоем (а не втроем, вчетвером и т.д.) составляют единого человека. Это воссоединение совершается через брак. Соединение это не только телесное (двое в плоть едину), но и душевно-телесное. Брак соединяет мужественное и женское и в душе, в характере, в темпераменте, в способностях… Великая ложь и грех полигамии в нарушении Богом вложенного в человека принципа парности. Моногамия обосновывается и тем, что количество мужчин и женщин одинаково. Если бы истинна была полигамия, то женщин должно было быть гораздо больше.

Разделение на два пола, мужской и женский, пронизывает и весь животный мир. “Из всех птиц по роду их, и из всех скотов по роду их, и из всех пресмыкающихся по земле по роду их, из всех по паре войдут к тебе... мужеского пола и женского” (Быт. 6,20). 

Но люди образуют пару не только в браке, но и в дружбе[9] . Дружба — это единодушие двух людей. Друг — это второе “я”, принимаемое в себя. О друге сказал Давид: “ты, который был для меня то же, что я, друг мой и близкий мой” (Пс. 54,14).

О дружбе говорит Св. Писание. “Двоим лучше, нежели одному; потому что у них есть доброе вознаграждение в труде их: ибо если упадет один, то другой поднимет товарища своего. Но горе одному, когда упадет, а другого нет, который поднял бы его. Также, если лежат двое, то тепло им; а одному как согреться? И если станет преодолевать кто-либо, то двое устоят против него: и нитка, втрое скрученная, нескоро порвётся” (Еккл. 4,9-12). Эти слова Екклезиаста должно разуметь не только в житейском смысле, но и религиозном. О глубоком религиозном значении дружбы говорит Сам Господь: “Где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них” (Мф. 18,20). Особая сила Духа Святого бывает на двух, собранных во имя Господа, во имя Христово.

Примеры:

Моисей и Аарон; Иисус Навин и Елеазар (Чис. 34,17); Давид и Ионафан (1 Цар. 13,1-4; 20,4-41); - Иисус и Зоровавель (1 Ез. 2,2; 3.2.);

Двенадцать апостолов: Петр и Андрей, Иаков и Иоанн, Иаков Алфеев и Иуда Симон (?) Леввей-Фаддей,

Филипп и Варфоломей (Нафанаил), Матфей Левий и Фома Близнец, Иуда (Симон) Искариот и Иуда (?) Симон Кананит-Зилот Клеопа (?).

На эти пары разбиты 12 Апостолов у евангелистов (Мф. 10,2-4; Мк. 3,16-19; Лк. 6,12-16). И Господь, дав им власть над нечистыми духами, посылал их по два (Мк. 6,7).

Семьдесят Апостолов. Господь “послал их по два” (Лк. 10,1).

Благодатные пары святых:

Петр и Павел, первоверховные Апостолы; Петр и Иоанн; Косма и Дамиан; Кир и Иоанн; Пантелеимон и Ермолай; Сампсон и Диомид (Диомофей); Трифон и Фалалей (Далалей); Мокий и Аникита; Василий Великий и Григорий Богослов; Кирилл и Мефодий.

Принцип парности глубоко пронизывает все мироздание. Философия и логика отражают это в своих парных категориях: утверждение — отрицание; тезис — антитезис; форма — содержание; единичное — общее; индивидуальное — социальное; конкретное — абстрактное; теория — практика; логика — интуиция; рационализм — мистика; материализм — идеализм (материальное — идеальное); индукция — дедукция; анализ — синтез (дифференциал — интеграл); симметрия. Законы симметрии действуют в математике, физике, химии, биологии. Удивителен и прекрасен мир в своей симметричности!

Особо замечательна симметричная двоичность в анатомии человека. Правая и левая сторона. Два глаза, два уха, две щеки, ноздри, две руки, две ноги. Очень примечательна гомотипия человеческого тела, его органов, скелета, мускульной системы, сосудистых систем, нервных систем, симметрия (полярность) в болезнях и терапевтике.

Парность глубоко пронизывает мир физических явлений. Материя и поле; правое и левое вращение; энтропия и информация; положительное и отрицательное электричество; расселение элементарных частиц по парам со спаренными спинами, пространство и время как формы существования материи.

Суммирую все сказанное в таблице:

4. Усугубление

Два – это число усугубления, употребляется для окончательного утверждения, особой значимости и важности, особой силы, необходимости, тяжести.

Примеры из Св. Писания:

“А что сон повторился фараону дважды, это значит, что сие истинно слово Божие, и что вскоре Бог исполнит сие” (Быт. 41,32).

В ветхозаветной скинии и храме было Святое и Святое Святых как место сугубо святое, для святого святое.

“И поднял Моисей руку свою и ударил в скалу жезлом своим дважды, и потекло много воды” (Чис. 20,11).

Неоднократное употребление в Новом Завете выражения “истинно, истинно” или “аминь, аминь”.

“В законе вашем написано, что двух человек свидетельство истинно” (Ин. 8,17). Не потому ли и в кончину века явятся именно два свидетеля — Илья и Енох (Зах. 4,3.14; Откр. 11,3)?

И опять-таки сказано: “Дабы в двух непреложных вещах, в которых невозможно Богу солгать, твердое утешение имели мы” (Евр. 6,18).

Продолжение следует